Общество
(16+) Будни главного редактора: с допроса – в суд
В последнее время проверяющие инстанции проявляют повышенное внимание к «Вольному городу». Каждая задает свой перечень вопросов, но в целом возникает ощущение, что мы находимся на минном поле.
Теперь в хронологическом порядке о случившемся. Сначала мы пережили проверку отдела надзорной деятельности, где озаботились нашей пожарной безопасностью. Пришлось искать деньги на новые огнетушители и высчитывать расстояние от пола, на котором они должны висеть. Возможно, для промышленного предприятия, где много оборудования и работающих, это актуально, но в редакции…
Едва перевели дух, по факсу поступило требование из Автозаводского отдела следственного комитета явиться на допрос. Лист обычного формата был наполовину пустым: то ли так отправили, то ли так отпечаталось. Я пожал плечами и отложил его в сторону, надеясь, что позже все прояснится. Наивный, потому что позже появился следователь и прямо у меня в кабинете заполнил бланк вызова на допрос, который должен состояться… через полтора часа.
Пришлось ехать в следственный отдел, отвечать на множество ненужных, с моей точки зрения, вопросов. Следователя интересовало, приходила ли в редакцию потерпевшая по уголовному делу, которое находится у него в производстве. Я ответил, что приходила, делилась своими сомнениями, тревогами и предположениями, почему иногда ее слушают, но не слышат. Что-то вошло в публикацию, что-то – нет, данные фигурантов уголовного дела изменены.
– Вы сможете опознать потерпевшую?
– Зачем?
Часть вопросов следователь задавал буднично, не отрываясь от ноутбука, а при некоторых вглядывался мне в лицо, вероятно, пытался визуально определить, говорю ли я правду.
– Повторяю вопрос. Вы сможете опознать потерпевшую?
– Наверное, смогу, хотя встреча была три месяца назад.
– Какой у потерпевшей цвет глаз?
– Не знаю, я в глаза ей не заглядывал.
– А цвет волос?
Тоже мне, нашел примету, подумал я: сегодня девушка – блондинка, завтра – брюнетка, послезавтра – с мелированием. У меня осталось в памяти, что потерпевшая пришла в редакцию с немытыми волосами, но говорить об этом следователю не стал. Лишь пояснил:
– Вспоминать долго, времени жалко.
– Мне так и записать в протоколе – «вспоминать долго»?
– Другого ответа не будет.
Когда допрос закончился, следователь заявил, что выпишет мне новую повестку – на завтра. Я ответил, что в указанное время не смогу прийти, потому что буду занят своей работой. Следователь понимающе кивнул и выписал повестку на… субботу.
– Без проблем, в субботу я приду, главное, чтобы вы были на службе, хотя не вижу смысла в новом допросе. Вот смотрите. Произошло преступление, сейчас ведется расследование. Я это представляю в виде большого дерева. Моя публикация – тонкая веточка дерева. Вы всю тяжесть расследования переносите на эту веточку. Зачем? Не понравилась публикация? Но ее цель – не кому-то понравиться, а сообщить, что в деле появились новые подробности. И мы, и, полагаю, вы в конечном итоге хотели бы, чтобы восторжествовала справедливость. Не редактора надо допрашивать, а потерпевшую, свидетелей, подозреваемых. Вот какую цель вы преследуете, допрашивая меня?
– Через некоторое время мы хотим дело направить в суд. А вдруг судья, знакомясь с материалами, обратит внимание на вашу публикацию и вернет дело на доследование? Этого допустить мы не можем, – сказал, как отпечатал, следователь.
Я решил больше не эмоциональничать в казенном доме и, забрав свое журналистское удостоверение, которое пролежало в ксероксе целый час, вышел на улицу. Морально я был готов еще на разговор под протокол, но в субботу позвонил следователь и сообщил, что допроса не будет.
Параллельно развивалась другая ситуация.

Сергей РУСОВ

Полностью материал читайте в печатном варианте «Вольного города»
Просмотров : 995
 
Погода в Тольятти
Сегодня
день 21...23, ветер 4 м/с
вечер 18...20, ветер 2 м/с
Завтра
ночь 16...18, ветер 2 м/с
утро 21...23, ветер 1 м/с