Право
Приговор чрезвычайной мягкости

Мировой судья Центрального района вынес приговор одному из героев нашей публикации «Кулачный аргумент «музыкальных» соседей». Евгений Лодочкин признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 115 части 1 Уголовного кодекса. Ему назначено наказание в виде штрафа в доход государству -- 10 тысяч рублей.
Зачем звонил «02»?
Чем тщательней вникаешь в нюансы этого уголовного дела, тем больше оно кажется странным. Напомню основные события 14 октября прошлого года, которые произошли в подъезде дома на Белорусской.
В тот вечер музыка грохотать стала на девятом этаже. Сотрудник ТГУ Павел Селянин, понимая, что под такие децибелы уснуть невозможно, дождался 23 часов и позвонил в дежурную часть Центрального РУВД. Скоро прислали наряд милиции, и музыка стихла.
Супруги облегченно вздохнули, но ненадолго. Вдруг у них перестал работать кондиционер -- кто-то обесточил квартиру.
   Павел вышел на лестничную клетку, чтобы включить рубильник, Анна стояла в проеме входной двери. В это время к Павлу с девятого этажа спускался парень и другой, с седьмого, -- поднимался. Верхний, дыша алкоголем, с вызовом спросил:
-- Зачем ментов вызывали?!
Думаю, нетрудно предположить, что произошло дальше, тем более что с девятого этажа спустились еще два парня. Сбив с ног Селянина, «любители» громкой музыки принялись его пинать.
-- Тебе еще мало! Тебе еще мало! -- кричал один из них, Евгений Лодочкин.
Кстати, музыка грохотала не в квартире Лодочкина, а по соседству с ним -- там шумная компания отмечала день рождения.
Анна бросилась на выручку мужу. Двое схватили ее за руки и ночную сорочку, пытаясь оттащить от окровавленного супруга. Когда это не получилось, ее ударили по рукам.
Отлежав две недели в больнице, Павел Селянин написал повторное заявление с просьбой привлечь нападавших к уголовной ответственности. Дело не возбуждали четыре месяца, все  тянули и чего-то  ждали. Потом прекратили уголовное преследование Олега Турчина и других не установленных в ходе дознания парней. Не нашли в их действиях состава преступления. Понятно, если Лодочкин будет по делу проходить один, он получит минимум.
Куда только не обращался потерпевший с жалобами и заявлениями. Все обещали разобраться, но после этого мало что менялось. А дело тем временем было передано в суд.
Допрос дознавателя

Мое появление в зале суда не вызвало восторга у обвиняемой стороны. Но процесс открытый, и законных оснований запретить журналисту находиться тут не было. Мне было интересно послушать допрос дознавателя Центрального РУВД Елены Калаевой. Внешне она держалась спокойно, но по отдельным штрихам можно было понять, что волнуется и совсем не рада происходящему.
Вопросов задали ей много. На одни она отвечала развернуто, с какими-то подробностями, на другие – кратко:
-- Я не помню.
При этом Елена не раз подчеркнула, что «выполняла свою работу и -- не более».
-- Почему не были установлены все участники происшествия?
-- Олег Турчин установлен, но его не было на месте происшествия, -- ответила Калаева и как-то сжалась.
-- Потерпевшего избивали еще два парня: Сергей и Владимир. Это друзья гулявших в тот вечер соседей.
-- А как я должна была их установить?
-- Взять распечатку телефонных разговоров за тот день и установить личности звонивших.
Калаева помолчала и выдохнула:
-- Возможно допущены недостатки.
-- Уголовное дело было возбуждено по одной статье, затем переквалифицировано на другую. Почему? Каков мотив преступления? -- спросил судья Игорь Кусакин.
-- Мотив -- из хулиганских побуждений.
-- В чем хулиганство?? Если уж натянули квалификацию, так и говорите, -- в сердцах бросил судья.
Калаева еще больше сжалась, но продолжала отстаивать свою позицию. Тогда судья спросил:
-- Почему не опросили других соседей?
Дознаватель промолчала, то ли не расслышала, то ли не знала, что ответить.
Не менее интересным получился допрос сотрудников милиции Сергея Чубаря и Виктора Чижова. Чубарь на многие вопросы отвечал просто:
-- Не помню.
Чижов оказался более памятливым и рассказал, как экипаж выезжал на вызов в дом на Белорусскую.
-- Почему не задержали дравшихся?
-- Мотива не было.
-- Потерпевший был сильно избит?
-- В крови весь.
- А обвиняемый?
-- На нем была кровь потерпевшего, -- ответил милиционер. 

Цена «удали»
Вынесенный приговор обжаловал потерпевший, назвав его чрезмерно мягким. Термин, кстати, юридический. Согласно части 1 статьи 383 УПК РФ, несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.
В раскаяние подсудимого Павел Селянин не верит, я бы тоже не поверил -- достаточно прочесть показания Лодочкина, которые он давал в разное время. Не стыкуются они между собой по ряду позиций. И почему дознаватель не обратила на это внимания?
Сейчас потерпевший хочет, чтобы суд второй инстанции изменил приговор в отношении Лодочкина, применив более строгую меру наказания. Еще добивается, чтобы  вызвали для дополнительного допроса судебно-медицинского эксперта, а потом назначили дополнительную экспертизу и определили тяжесть причиненного вреда своему здоровью.
Еще в ходе следствия Евгений Лодочкин выехал из «музыкального» дома. В зале суда он и его родственники нервничали, у меня сложилось впечатление, что они не находили себе места. Наверное, они понесли большие материальные траты, оплачивая работу адвоката и другие расходы. Впереди гражданский иск потерпевшего. Вот она, цена хмельной «удали»…
Сергей РОСТОВЦЕВ  

Просмотров : 1703
 
Погода в Тольятти
Сегодня
ночь 6...8, ветер 2 м/с
утро 9...11, ветер 4 м/с
Завтра
день 11...13, ветер 6 м/с
вечер 11...13, ветер 3 м/с