Общество
Что есть будем? Засуха и цены

 Такого не было в веках
Более 150 лет в Поволжье не было такой засухи. Иначе бы она сохранилась в устной памяти народа, и многие тольяттинцы, особенно старшее поколение, помнили бы о голодных годах по рассказам матерей и бабушек, которые уже взрослыми пережили страшный голод 1921 года. Нынешняя засуха куда страшнее. Если в далеком 1921-м  дождей не было три с лишним месяца, то в нынешнем году -- почти 5 месяцев, при рекордной жаре. Прошел, правда, один небольшой дождь в ночь с 29 на 30 мая, но он не промочил как следует землю, не соединился с подпочвенной влагой, и через два дня почва была сухой. Казалось бы, дождь-то обложной, но вот на громадном дачном массиве за ВАЗом дождя в ту ночь не было. Выпал последний небольшой снежок 22 марта, капало по 1-3 мм влаги в иные месяцы с неба -- и все… Сентябрь уже на носу. Пролетели дни самого благоприятного срока сева озимых для урожая 2011 года,    с 10 по 25 августа. Но земля сухая, сеять нельзя. Земля пересохла на глубину более 2 метров, даже на вспаханных полях влаги нет от метра до полутора от поверхности.
В 1921 году рожь посеяли вовремя,  прошли хорошие дожди, и урожай в 1922 году был самым рекордным за весь XX век. При примитивных орудиях труда и оргтехнике: соха, борона, лукошко для семян да серп для уборки урожая.
Засуха-то у нас второй год подряд. Картошки мы с сестрой посадили 30 ведер и собрали в 2009 году тоже 30 ведер мелочи, заплатив 1800 рублей за землю и обработку 10 соток. Лук-севок взошел, как щетка, в прошлом году, простоял все лето зеленым, а луковичку из-за засухи не завязал, ушел зеленым под снег и полностью погиб от мороза. Такого казуса за прошедшие сто лет не было: взошел лучок -- будет и луковичка, а в прошлом году луковичек не было, да и не вымерзал он на 100 процентов от морозов.
Посеял фермер Борисов в 2009 году 300 га яровой пшеницы в 400 метрах от моего пчельника. Похоже, из-за засухи пшеница не опылилась, и фермер еле собрал семена: в колосьях было по 2-3 зерна при метровой высоте стебля, а некоторые колосья вообще оказались пустыми.  
А через дорожку фермер Рыбленков собрал в прошлом году по 20 центнеров с гектара озимой пшеницы с истощенных полей. Разница в сроках опыления озимой и яровой пшеницы где-то 10-15 дней. Результат поразительный: один фермер собрал по 20 центнеров с гектара, другой -- по 2 центнера. Причем обработка земли у Борисова была преотменной -- ни одного комка, ни одного сорняка.
Но это был первый звонок. В 2010 году Борисов снова это поле частично засеял яровой пшеницей, частично горчицей. Выросла пшеничка пониже прошлогодней, но довольно густой, с нормальным колосом, чистая, без сорняков. И снова прокол -- не опылилась. Ехал я мимо этого поля в июне, сорвал несколько колосков, пошелушил: зерен снова не было. Горчицу фермер убрал, а пшеницу начал косить, но бросил -- зерна не было. Это уже не звонок, а полный крах. 
Были ли в наших краях многолетние жесточайшие засухи? Народная память этого не помнит. Что же говорит наука на этот счет? В инженерной геологии описаны случаи наличия под почвой сухих линз суглинков и глины с твердостью необожженного кирпича. Такие линзы сухих грунтов встречаются в Поволжье от Самарской области до Каспийского моря. К югу -- чаще.
 В сентябре 1961 года я получил участок под застройку дома по адресу: ул. Сталина, 11, город Ставрополь-на-Волге. Ныне эта улица носит имя Карла Маркса, а город -- Пальмиро Тольятти.
Копая яму под погреб, на глубине 60-70 см я встретил такую линзу с твердостью кирпича и толщиной до 2 метров. Пыль стояла столбом, я рубил суглинок топором, кайлом и ломом целую неделю, ладони сбил в кровь. И очень удивлялся: сверху --  сырая земля, ниже -- чистый камень. Из этого же фактически состава грунта.
Лет пять спустя я нашел описание этого явления в инженерной геологии. Но нигде не вычитал: в кои веки так просушило землю? До нашей эры или после рождения Христа? Боюсь, что и наука на этот вопрос ответить не сможет. Но ясно одно: жесточайшие засухи, да еще многолетние, в Поволжье были и раньше.  Иначе чем объяснить наличие под почвой линз абсолютно сухих грунтов, которые не смогли размочить осадки последних столетий, а может и тысячелетий. Сколько подряд будет засушливых лет? На этот вопрос не ответит никто, кроме Бога.

«Не могу задушить голодного сына»
Эта засуха XX века была локальной. Она охватила несколько губерний Поволжья, но из-за разрухи народного хозяйства многолетними войнами (Первая мировая и Гражданская) последствия ее были ужасными. Этому способствовала и четырехлетняя политика военного коммунизма, основанная на тотальном грабеже собственного крестьянства правительством Ленина. Она привела к полному крушению товарообмена на селе и деградации сельхозпроизводства.
Я не думаю, что такая политика уж очень здорово помогла в деле победы над белогвардейцами, которые вообще не имели  общей ясной идеологии.  Но бед политика военного коммунизма принесла много.
Только представьте себе: четыре года продотряды из городов при участии местных алкашей и бездельников выгребают у крестьян весь урожай, оставляя семена и жалкую норму на проживание. Выгребли все запасы, хранимые крестьянством из года в год на случай недорода. Крестьяне-то были не дураки, видели, что кто-то сеет по чуть-чуть, работает спустя рукава и живет не хуже, чем тот, кто трудится от зари до зари. Нет «излишков» -- отбирать нечего у одного, есть кое-что у другого -- отберут все равно. Так зачем пахать-сеять, горб ломать, вернее, горбатиться?
Посевные площади из года в год сокращались, запасов в закромах и хлевах не было. Лошадиных сил на село не хватало для вспашки полей, лошадей забирали для многочисленных фронтов Гражданской войны как красные, так и белые. Заводы и фабрики остановились, поезда ходили кое-как. Вот в таких условиях Поволжье и встретило недород 1921 года.
Вот что рассказывала мне про голод моя мама:    
-- Как стоял снег, так и до страды не было ни одного дождя. Все яровые посохли, рожь выросла в две четверти, это около 40 см, картошка уродилась, но мелкая и мало. Приехали мы с мамой (бабушкой моей. -- Е.Г.) на поле, постояли и решили: рожь не жать серпами, а выдергать вручную с корнем. Солому для скотины надо занести, каждый клочок дорог. Так и сделали. Обмолотили рожь, провеяли, отсортировали на семена. Прошли дожди, посеяли рожь, озимые были  загляденье. Пахала я сама, мне шел девятнадцатый год. Лошадь у нас была. Жили мы вдвоем, я и мама, которой шел шестой десяток. Так уж жили внатяг, но видели: наступило страшное время. Экономили на еде, собирали по округе лебеду. Смололи ее и стали добавлять в хлеб.
Брата Василия забрали в 1918 году в Красную армию. Ему только исполнилось 17 лет, и за четыре года -- ни одной весточки. Мы с мамой считали, что его убили на войне. Пришла зима, голод. Люди умирали целыми семьями. Мы решали, кого зарезать первыми: корову или овец. Лошадь решили зарезать последней.
В феврале 1922 года у сельчан была большая радость: стали давать голодающим по 8 кг кукурузы на человека в месяц. Американскую кукурузу мололи и варили мамалыгу. Многие этим и спаслись. Спасибо выдающемуся полярнику Нансену, это он поднял тревогу и организовал спасение голодающих.
Зимой мама увидела сон, утром она собралась, сказала, что что-то случилось с родственниками, запрягла лошадь и по глубокому снегу поехала за 12 км в село Полянки-Редут, где с мужем и ребенком жила моя сестра. Приехала мама в Полянки, зашла в избу и увидела почерневшую, исхудавшую дочь, сидящую на лавке с веревкой в руке. Обе залились слезами. Маша сказала, что вчера съела последнюю картофелину, и больше ничего нет. Сынишка обессилел, не встает, умирает, муж ее еще в ноябре ушел на заработки и пропал, а идет уже голодный январь.
-- Я сегодня решила удавиться, но не знаю, что делать с сыном, может, первым умрет. Задушить я его не могу, но и представить, как он будет замерзать в холодной избе, не могу, рассказала Мария. -- Вот сижу и плачу. Скотины у нас никакой нет, Петя работал плотником по найму.
Мама накормила дочь, сунула в рот внуку мягкий кусочек лепешки и сказала:
-- Поедем домой. Не знаю, где твой Петя. Умирать будем вместе.   
Так моя безграмотная бабушка, Ульяна Герасимова, привезла в село Ново-Аделяково свою дочь и моего двухлетнего брата Леонида Токтарова, умиравших с голода. Теперь их стало четверо, четыре голодных рта. Исхудавшие женщины лучший кусок, а они ежедневно пекли пшеничную лепешку, отдавали ребенку, вырывая его из лап голодной смерти. И ведь спасли будущего бесстрашного солдата. С первого и до последнего дня войны был мой брат разведчиком, сначала рядовым, а потом командовал полковой разведкой. Лично Токтаров захватил и приволок через линию фронта 20 солдат и офицеров немецкой армии. Орденов и медалей у фронтовика -- полмешка. Умер Леонид в райцентре Шентала три года назад в возрасте 87 лет.
Многие шенталинцы знали в лицо невысокого жилистого деда Леонида, на пиджаке которого в праздничные дни было полно боевых наград. Так уж сложилось нелегкая, но счастливая судьба человека: не умер с голода в январе 1922-го, не был убит и даже серьезно ранен за четыре года войны. Долго мама хранила фронтовой треугольничек, где ее племянник описывал очередную вылазку в тыл врага в 1943 году. В поиск за «языком» вместе с группой прикрытия отправлялись 18 разведчиков, вернулся, притащив немецких офицеров, один Леонид Токтаров. Поутру вытащили с нейтральной полосы еще троих раненых. 14 человек погибли.
Мама рассказывала, что в декабре-январе голодного года обезумевшие люди варили и поедали трупы умерших членов семьи, съели всех собак в селе.
Еще один эпизод. Пришла весна 1922 года, дружная и теплая. Снег в основном стаял, остался в тени построек и оврагах. Перед обедом вся семья была дома.
-- Я услышала стук в переднее окно и увидела мелькнувшую руку, -- рассказывала мне мама. -- Вышла на улицу и увидела сидящую на завалинке женщину. Худющая, она  хотела осенить себя крестным знаменем, но рука упала.
-- Дайте что-нибудь Христа ради поесть, -- прошептала бедняжка. 
 Был какой-то праздник, мы испекли чистую (без лебеды) лепешку. Сварили два яйца, которые у нас были, ребенку. Я облупила, посолила яйцо, отломила кусочек лепешки и вынесла нищенке. Съев половину яйца, женщина привалилась к стене дома и… умерла. Похоронили как безродную.
Жизнь продолжалась. Женщинам удалось сохранить лошадь, корову, двух овец и двух кур, скормив им солому с крыши сарая. Летом 1922 года вернулись пропавшие брат моей матери, Василий, и муж тети -- Петр. Первый воевал на Южном фронте, попал на два года в плен в белогвардейцам, которые прогнали его в Севастополь, где бросили с тысячами других пленных. Потом дослуживал почти два года в Красной Армии, писал письма домой, но мать не получила ни одного. Муж тети, Петр, бежал от голода, бросив жену с сынишкой, аж… в Ташкент, вернулся только в августе, почти через год. К 1928 году  у них было уже четверо детей, трое из которых потом сражались с гитлеровцами: Леня, Поля и Иван. Причем дочь Полина два года была наводчицей зенитной пушки, отбивалась от самолетов, приходилось бить прямой наводкой по танкам, когда фашистские махины прорывались у озера Балатон.


Семь особенностей
Наверное, не было года за весь период Советской власти, чтобы в отдельных областях и республиках не случалось недорода. Крупные недороды были в 1933, 1963, 1972, 1975 годах. Но страна огромная, и продовольствие, корма, семена оперативно перебрасывались в пострадавшие от засухи регионы из благополучных.
За прожитые мною 74 года я не помню случая, чтобы правительство подняло цены на продовольствие из-за недорода. Цены были стабильны. В стране имелись большие запасы продовольствия, особенно зерна, которое можно хранить много лет.
Только один раз, в 1963 году, была введена талонно-карточная система на крупяные и макаронные изделия. Тогда засуха поразила Урал, Сибирь и Казахстан. По служебным делам, работая на «Синтезкаучуке», я проехал тем летом по попавшим в беду областям, видел, что колхозники, дай бог, соберут семена.
Чтобы население не кормило скот хлебом, которого собрали маловато, в стране и была введена талонная система, которая сыграла шутку с моей семьей.
Мы мало едим круп и почти не едим макароны. Моя мать, пережившая голод 1921 года, находясь постоянно дома, получала талоны и добросовестно отоваривала их. Так у меня скопилось около 80 кг (два мешка) круп, лапши и макаронов. Слава богу, что с уборкой нового урожая была отменена талонная система. А два мешка ненужных семье круп и лапши я отвез сестре, которая скормила их свинье.

Засуха 2010-го имеет свои особенности. Во-первых, она поразила практически половину земледельческих регионов страны, 32 области и республики объявлены официальной зоной бедствия.
Во-вторых, во многих регионах она длится второй год подряд. Не знаю, как в других регионах, но в Самарской, Оренбургской областях, Татарстане она точно свирепствует второй год.
В-третьих, уж очень большой район по площади охвачен засухой -- от Москвы  до Приамурья. А это более 5000 км с запада на восток, что тоже весьма необычно.
В-четвертых, нынешняя засуха куда жестче и злее, чем засуха 1921 года, которая кажется просто мелким недородом по сравнению с нынешней. Если к 1921 году без полива, да и какой мог быть полив полей 90 лет назад, кое-что выросло, то в нынешнем году  не выросло в Поволжье ничего.
В-пятых, два последних засушливых года имеют общую необычную зиму 2009-2010 годов, когда при сильных морозах, при малоснежье, погибло много плодовых деревьев и кустарников: вишня, слива, виноград. Заодно погибла практически вся озимая пшеница в наших краях.
В-шестых, при таком несчастье в сельском хозяйстве оказалось, что властная вертикаль не управляет народным хозяйством. Исключение частично составляет только республика Татарстан.
В-седьмых, считай, что пришли самые благоприятные дни для сева озимой пшеницы и ржи. В Поволжье никто и ничего не сеял. Еще не наступил 2011 год, но по будущему урожаю уже нанесен первый удар. Что дальше? 

Сохнут белые березы
Проезжая по окрестным дорогам, тольяттинцы видят, как в посадках вдоль дорог и лесах гибнут от засухи тысячи берез. Часть, возможно, зазеленеет на будущий год, отойдет. Если будут идти дожди. Но уже сейчас ясно, что половина деревьев погибнет.
Даже сосны, которые держат иголки три года, в сухих местах сбрасывают прошлогоднюю хвою, чтобы выжить. Я обратил внимание на уж очень обильный и ранний иглопад с сосен на пчельнике. Пригляделся и увидел, что деревья сбрасывают даже прошлогодние иголки. Пока стойко держатся дуб и карагач.
Разрослась до полутора соток малина на пчельнике. Ухаживал я за ней. В начале июня она радовала глаз большими кистями ягод. А я ждал дождей во второй половине того месяца. Думал, что дождется моя малина полива с небес. Не дождалась, сначала засохли кустики с зелеными ягодами, а в августе все было кончено -- пропали все побеги этого года. Мало того, что не пришлось сорвать ни одной ягодки, так погиб весь малинник. Поливать было нечем.
У бани было насажено пять кустов смородины. Так ягоды засохли зелеными. Засохли листья на ветках, остались зеленеть по одному-два листочка на верхушках веток, да и то не везде. Кусты росли без полива и давали средний урожай смородины, а тут…
Выпросил я у фермера бочку-квасницу с водой и ахнул всю под смородину в августе. И кусты зазеленели, выбросили новые розетки листьев длиной в 3-5 см. Но не все ветки ожили, часть безвозвратно погибла. Все это видят тольяттинские дачники на своих участках. Такая печальная картина всюду, где нет полива на садовых участках или подавалась вода от случая к случаю…
Евгений ГЕРАСИМОВ,
ветеран ВАЗа,
пасечник,
специально для «Вольного города»

Окончание на следующей неделе

 
   
     

 

Просмотров : 1658
 
Погода в Тольятти
Сегодня
день 1...3, ветер 4 м/с
вечер -1...1, ветер 3 м/с
Завтра
ночь 0...2, ветер 5 м/с
утро 1...3, ветер 7 м/с