Земля и воля
Город
Земля и воля

 Является ли «земельное дело» Уткина делом политическим? Давайте подумаем вместе. Мэр – фигура политическая?  Несомненно. Земля (и воля!) – вопрос политический? – Конечно. Об этом говорит вся наша история.  Вопрос собственности на землю?  Несомненно, политический. Вопрос о границах города, его векторах развития и территориях для  дальнейшего строительства? – Что это, как не вопрос политики, без решения которого понятие «местного самоуправления» теряет всякий смысл. Во все времена «межевые» споры быстро и легко превращались из соседских «разборок» в острые политические конфликты. 

Верно ли то,  что в вопросах о собственности на землю могут пересекаться экономические и политические  интересы самых разных групп – финансово-промышленных, аграрных, прочих, а так же и властных структур самого разного уровня? Безусловно, тем паче, что эти субъекты интересов есть и в самом городе, и вне его.  Верно ли то, что мэр не имеет права уклоняться от решения проблем развития города? Конечно, для этого его население  избирает мэром, а не назначает «сити- менеджером» или простым начальником всего городского коммунального хозяйства. Правда ли то, что в борьбе за централизацию и «вертикализацию» власти (а это было на том этапе действительно  необходимо), мы, как всегда, не избежали перегибов и компанейщины (лес рубят – щепки летят)?  Разве это не так? Поскольку губернаторы по сути назначаются (и снимаются с работы) в Москве, а мэра,  избранного населением, при отсутствии реальной возможности его отзыва (для этого нужны фактически досрочные выборы), можно было вполне легитимно «подвинуть» с помощью уголовного дела -  эта практика имела место. Кто это может оспорить?
 Старые времена прошли, когда в ЦК КПСС  ткнули пальцем в карту (осмысленно, конечно) и сказали: «Быть ВАЗу здесь!», при этом никого не спрашивая, чья же это земля – Города или Ставропольского района.
 В ситуации постоянно  меняющегося законодательства (в том числе по земле, по вопросам местного самоуправления), что естественно для переходного периода по сути от одного строя к другому, законодательные пробелы и противоречия неизбежны. Как неизбежны и ошибки, и возможности злоупотреблений, как неизбежны риски для людей, облеченных властью и ответственных за дело, им порученное. Любого мэра можно и сейчас обвинить в каких-то нарушениях, если мэр не спит, а работает. Тем более, если мэр ершист, возможно,  даже где-то переоценивает свои силы, не сразу «берет под козырек» и вообще становится помехой в новой расстановке сил – зацепить его очень не трудно, обвинив, например, в злоупотреблении служебным положением. Николай Уткин грамотный хозяйственник, но не политик, в этом его беда, а разумного человека рядом, тонко понимающего именно политическую конъюнктуру, просто  не оказалось. Но доказать умысел Уткина в этих «злоупотреблениях», в ущербе (хотелось бы знать методику его оценки, особенно в терминах «упущенной выгоды») от его действий, «превышающих служебные полномочия» думаю, невозможно. Да и не такой человек Николай Дмитриевич, в чем – чем, а упрекнуть его в пренебрежении интересами Тольятти, в намеренном, с умыслом  причинении  вреда или ущерба горожанам и селянам было бы не справедливо.
 Я никак не комментирую первое дело, за которое Уткин уже сурово наказан (не видел сам, не знаю), но по второму, которое сейчас слушается, ощущение его политической окраски, стоящих за этим чьих-то интересов, невнятности – и недоказуемости обвинений у меня сохраняется.
 И еще. Я понимаю, что начальник за решеткой – что может быть радостнее для обывателя. Но наш-то город – а мы всегда им гордились, как гордился и другой мэр, совершенно иного характера и темперамента, мэр – политик, во многом оппонировавший мэру – хозяйственнику Уткину, Сергей  Жилкин, убитый на взлёте неизвестно кем и за что (обидно, что вместо ответа на эти вопросы следует многозначительное молчание), наш – то город, он особый, энергичный, продвинутый, современный, открытый, смелый, не холопский по психологии, не жестокосердный, он – другой. И если мы граждане, а не просто «электорат» и «жители моногорода Т», если мы голосовали и за одного мэра, который сидит, и за другого, который убит, мы не должны быть безучастными созерцателями. Мы вправе требовать внятных ответов. Мы вправе призывать к милосердию к живым и наказанию убийц погибших. Есть такое слово – справедливость. В наказании, если действительно виновен. В снисхождении, если заслуживаешь. В уважении и честной оценке вклада в развтие города, если достоин (и при чем здесь, жив человек или трагически погиб?) Иначе слова, вброшенные в наш лексикон Сергеем Жилкиным  - «городское сообщество» потеряют всякий смысл.
 А трагедия Николая  Уткина понятна всем, кто хочет и умеет наблюдать и думать: неполитик в фокусе объективных политических процессов и неизбежно связанных с ними субъективных игр различных групп влияния. Человек не без слабостей, излишне полагавшийся на свой «здравый смысл», хозяйственный опыт, упёртость, крестьянскую смекалку и такую же природную хитрость и чутьё.
 Так что по определению суд над фигурой публичной, политической, обладающей властными полномочиями; суд по вопросам, в основе которых вечная проблема «Земля и воля»; суд над человеком, оказавшимся плохо монтируемым в некую идеальную модель «вертикали»  власти «без сучка и задоринки»; человеком,  возможно, ошибавшемся (в том числе и в людях) и, допускаю,  что – то нарушавшем, такой судебный процесс по уголовному делу не может не иметь политической окраски.
 И – два слова об окраске «человеческой». Мне кажется, наша судебная система только выиграла бы, к ней бы выросло доверие граждан, если бы судьи проявили подлинный профессионализм, объективность, гуманность, сомнения трактовали бы в пользу обвиняемого, учли  бы все факторы, включая болезнь и возраст Николая Уткина, уже понесенное им наказание и приняли справедливое решение о прекращении данного уголовного дела.
 Знаете что? Я все-таки верю в конечную справедливость и в то, что фразу из «Кавказской пленницы» про «наш суд – самый гуманный суд в мире!», мы когда-нибудь будем произносить серьезно, без смеха, без пафоса, и с уважением. Когда? Тогда, когда мы станем подлинным гражданским обществом, а суд – подлинно независимым. Кто-нибудь против?


Игорь АНТОНОВ,

Президент страховой
компании «АСТРО- Волга»,
кандидат философских наук

Просмотров : 1552
 
Погода в Тольятти
Сегодня
вечер 16...18, ветер 3 м/с
ночь 13...15, ветер 2 м/с
Завтра
утро 21...23, ветер 4 м/с
день 26...28, ветер 5 м/с